Лукас Херрингтон и поражение Австралии в плей-офф чемпионата мира

Лукас Херрингтон не заслужил стать лицом этого поражения. Но именно его лицо останется в памяти. Самый юный игрок в стартовом составе сборной Австралии на чемпионатах мира – 18 лет – теперь навсегда связан с одной из самых болезненных ночей в истории футбола страны.

Его удар в серии пенальти казался спокойным, выверенным. Мягкий удар внутренней стороной стопы – и мяч взлетает слишком высоко, врезается в перекладину и уходит прочь. В ту же секунду к нему рванул Авер Мабил. Не для упрёка – для того самого объятия, которое признаёт: эта боль останется надолго.

Когда Египет забил решающий пенальти, Херрингтон почти инстинктивно отвернулся от перекладины, предавшей его в самый важный момент, и одной рукой ухватился за кудрявые волосы. Он согнулся, пытаясь спрятать лицо от мира. Джексон Ирвайн подошёл первым – по его движениям было видно, насколько всё обнажено и по-настоящему. Чуть позже к Херрингтону прижался Нестори Иракунунда – ниже его на голову, но в этот момент казавшийся старшим. Двое, которых уже называют будущим австралийского футбола, стояли посреди настоящего, от которого хотелось сбежать.

Австралия снова отложила мечту о победе в плей-офф чемпионата мира. Ещё как минимум на четыре года. И где-то глубоко будет сидеть ощущение: лучшего шанса в обозримом будущем может и не представиться.

Херрингтон был не единственным, кто мысленно переписывал бы эту серию с нуля. Первым к точке подошёл Гарри Суттар. По нему читалась усталость – 120 минут тяжелейшей рубки забрали всё. Его удар сорвался, мяч взмыл над перекладиной, и инициатива сразу ушла к Египту.

Даже рискованный ход Тони Поповича в концовке – выпуск капитана Мэти Райана специально под пенальти – не сработал. Египтяне пробили безупречно: четыре удара, четыре гола. Серия даже не дотянула до пятого круга.

К этому моменту австралийцы и так провели на турнире три часа без забитого мяча. Они ушли на перерыв, проигрывая 0:1, и моральное состояние было где-то глубоко под землёй. Стало ещё хуже, когда Джорди Бос после стыка попытался опереться на левое колено и тут же понял: ходить больно. Пара полумоментов – и всё. В остальном Австралия вязла в плотной структуре Египта, первый тайм распался на осторожную тактическую дуэль, где обе команды больше прятались от прессинга, чем искали остроту.

А ведь начало давало повод для надежд. Кристиан Волпато зарядил кручёный удар, после которого мяч чиркнул перекладину. Бос прорывался в штрафную, как фулбек высшего уровня. Но всё это смыло первым голом Египта. Австралийцы слишком легко отдали пространство на своём правом фланге, прессинг развалился, и на линии штрафной Ирвайн не успел среагировать на рывок Зико, фолом останавливая его.

Стандарт казался безопасным. Удар Эмама Ашура врезался в Ирвайна в стенке, но мяч тут же вернулся в штрафную. Там, на дальней штанге, забытый всеми восьмой номер Египта всплыл один и спокойно вколотил мяч головой. Напоминание: у Египта есть то самое качество, которого Австралии не хватало весь турнир, – хладнокровие в решающий момент.

После перерыва без травмированного Боса на поле вышел Кай Трюин – дебют на чемпионате мира, сразу на правом фланге обороны. Прошло секунд десять – и его оппонент уже едва не забил, едва не похоронив австралийские надежды в самом начале второй половины.

Но команда выстояла. И сделала то, чего ещё не делала на этом турнире: забила, уступая в счёте. Формально гол записали как автогол на Мохамеда Хани, но передача Айдена О’Нила заслуживала большего, чем сухая строчка в протоколе. Идеальная дуга с левой стороны штрафной, мяч завис за спинами защитников, и под давлением австралийцев Хани срезал его в собственные ворота. 1:1 – и игра вернулась к жизни.

Арена в Арлингтоне – огромный крытый храм американского спорта, окружённый 24 тысячами парковочных мест, – приняла футбол, но влюбить в себя случайного зрителя эта игра вряд ли смогла. Задержки следовали одна за другой, ритм постоянно рвался, и ещё пара рекламных пауз вряд ли бы кого-то возмутила. К сотой минуте матча обе команды на двоих нанесли всего четыре удара в створ.

Для болельщиков Австралии и Египта это, впрочем, была не скука, а испытание нервной системы. При счёте 1:1 каждый навес превращался в мини-драму. Мяч летел в штрафную – и либо его выносила отчаянная линия обороны Египта, уступающая австралийцам в росте, либо кулаком выбивал Патрик Бич.

За несколько минут до конца основного времени проснулся Мо Салах. Сначала он закрутил идеальный навес на Рами Рабиа – казалось, гол неизбежен, но Бич взмыл и кончиками пальцев перевёл мяч над перекладиной. Потом капитан Египта пробил сам. Затем разрезал оборону передачей на ещё один момент, который Суттар в последний миг заблокировал на пути в дальний угол.

Все разговоры о его готовности к турниру рассыпались в этой короткой вспышке активности. Улыбка, которой Салах встретил Суттара на жеребьёвке перед дополнительным временем, говорила сама за себя: сил ещё хватало. И всё же даже он дал сбой – уже в овертайме, когда рикошет вывел его на мяч в касание, Салах зарядил выше ворот.

Минуты таяли, Египет всё плотнее прижимал Австралию к воротам, но настоящего пролома так и не случилось. Обе команды стояли на пороге исторического достижения – первой победы в плей-офф чемпионата мира. Пространства почти не осталось, решений – тоже. Оставался один путь.

Серия пенальти не даёт утешений. Она лишь выбирает, кто останется, а кто уедет домой, оборачиваясь на перекладину, которая будет сниться по ночам.