Деян Ловрен о критике Салаха: «Это отвратительно»

Уход Mohamed Salah с «Энфилда» оставил после себя не только пустоту на правом фланге атаки, но и шлейф обид. И один из самых близких к египтянину людей в футболе, Деян Ловрен, решил больше не молчать.

Хорват, ныне выступающий за PAOK, в откровенном интервью WinWin прошёлся по тем, кто в прошлом сезоне превратил имя Салаха в удобную мишень. По его словам, критика перешла грань и давно перестала быть футбольной.

«То, как к нему относились в этом сезоне, — это не жёстко, — сказал Ловрен. — Это отвратительно. Почему они не говорили о нём так восемь–девять лет до этого? Один сезон — и он снова главный виноватый. Хотя проблем — куда больше».

Удар по Carragher и «телевизионной» критике

Особенно жёстко Ловрен прошёлся по Jamie Carragher — легенде Liverpool и одному из самых громких голосов английского телевидения. Именно Carragher ранее обвинял Salah в эгоизме и игре «для себя».

Ловрен не стал выбирать выражения. По его мнению, такие комментарии — не про тактику и не про аналитику.

Он уверен: это шоу.

«Он подвергается очень тяжёлой критике. Некоторые эксперты делают это только ради внимания, возможно, потому что у них не получилось в других сферах жизни, и теперь им нужно “выступать” здесь… Особенно Carragher — он говорит всё, что захочет, — заявил Ловрен. — Я всегда говорил: пусть скажет это ему в лицо, скажет всё это Mo прямо. Он никогда этого не сделает. Я знаю, потому что он никогда не говорил такого мне. Он тоже говорил обо мне плохо, но в глаза — ни слова. Он просто играет роль на ТВ и получает за это деньги, значит, должен играть так».

В этих словах — не только защита друга, но и прямой упрёк системе, где игроки становятся объектами перформансов, а не предметом честного разговора.

От Klopp к Slot: доверие исчезло

Но Ловрен не ограничился разбором медийной повестки. По его версии, ключ к уходу Salah лежит в тренерском кабинете.

И имя там одно — Arne Slot.

Хорват чётко отделил клубную структуру от фигуры главного тренера, фактически обвинив именно Slot в том, что для лучшего бомбардира Liverpool в истории Премьер-лиги обстановка стала невыносимой.

«Я не думаю, что это клубное руководство подтолкнуло его к уходу, — отметил Ловрен. — Думаю, дело в одном человеке. В тренере. У них не было хороших отношений. Скажем проще: с Klopp у него была очень хорошая связь. Не всегда идеально, но они прекрасно знали друг друга, доверяли друг другу, им нравилось работать вместе. Mo отдавал всё на поле для Klopp, а Klopp давал ему это доверие. А со Slot всё было наоборот. Всё настолько просто. И все это понимают, если посмотреть на восемь–девять предыдущих сезонов — он ведь был великолепен».

Контраст, который рисует Ловрен, предельно ясен: от «ты мой главный солдат» при Klopp к холодной дистанции при Slot. Для игрока масштаба Salah подобная смена климата редко проходит без последствий.

«Он остался один против всех»

Отдельный упрёк Ловрен адресовал уже не тренеру, а всей вертикали власти в клубе. По его мнению, Liverpool не сумел — или не захотел — защитить свою главную звезду в момент, когда вокруг него сгущались тучи.

Ловрен фактически подтвердил и недавние слова самого Salah о том, что он не чувствовал должной поддержки изнутри.

«Есть и другие игроки, которые тоже должны взять на себя ответственность и сказать: “Да, это моя вина”, — продолжил хорват. — Но некоторые так и не вышли вперёд. Было плохое управление ситуацией; внутри всё обработали неправильно. Неправильно. Даже если есть проблемы, о них нужно говорить в раздевалке. А Mo никогда не чувствовал этой поддержки. Он всегда был на первой полосе: “Ах, это Mohamed Salah, чему вы удивляетесь”. Это глубокая проблема».

Картина, которую рисует Ловрен, проста и жёстка: один игрок — под прожектором, остальные — в тени. Один — в заголовках, другие — вне зоны огня.

Salah уходит с «Энфилда» как легенда, лучший бомбардир клуба в Премьер-лиге и символ целой эпохи. Но то, как, по словам его близкого друга, с ним обошлись в последний сезон, оставляет другой вопрос: кто в Liverpool возьмёт на себя ответственность за то, что этого конца можно было избежать?